Торговая площадка   Каталог компаний   Новости законодательства   Аналитика   Технологии и оборудование  
Журнал "Деловой лес" Для руководителей | Размещение баннеров и статей

Вход в систему

Логин
Пароль

Напишите, для регистрации

Статистика

Компаний: 1590
Пользователей: 2863

Реклама на сайте

Информеры Информеры
Главная страница » Технологии и оборудование

Пеллет нормальный?

 Какие преференцию спасут отечественную биоэнергетику

На недавнем совещании в Рослесхозе, где обсуждались перспективы развития  биоэнергетики, прозвучало вполне конкретное предложение – внести изменения в законодательство и расширить список предприятий, которые могут претендовать на статус приоритетных инвестиционных проектов. Пеллетные производства, уверены представители Рослесхоза, заслуживают того, чтобы получить этот статус и претендовать на преференции со стороны государства. Прежде всего, речь идет о выделении на конкурсной основе участков леса с 50% «скидкой» по арендной плате. Насколько целесообразно включать пеллетные производства в список приоритетных проектов и поможет ли это российской биоэнергетике? Ответ на этот вопрос мы искали вместе с учеными, экспертами, экологами и представителями бизнеса.

Владимир Петров, профессор,  заведующий кафедрой лесной политики, экономики и управления СПбГЛТА:

– С моей точки зрения, очень разумное предложение. Отопление с помощью древесины – это начало начал. В России в прежние времена для отопления помещений использовались внушительные объемы древесины. В этом смысле переход на древесное топливо – это хорошо забытое старое.

Но сегодня жизнь предъявляет нам новые вызовы, адекватный ответ на которые может быть найден с помощью «зеленой энергетики». Общеизвестно, что природных запасов нефти и газа хватит при нынешнем уровне потребления на ближайшие 40-50 лет. Атомная энергетика, несмотря на свою эффективность, является довольно рискованной отраслью. За несколько предстоящих десятилетий человечество должно определиться с источниками энергии. В нашей стране существует мощнейшее нефтегазовое лобби, не желающее никому уступать топливный рынок. Зато во многих  других странах, не обладающих серьезными запасами полезных ископаемых и старающихся снизить зависимость от зарубежных поставок нефти и газа,  возобновляемые источники энергии неплохо себя зарекомендовали.

Понятно, что пеллетное производство связано с переработкой низкосортной древесины и отходов деревообработки. Принципиальный вопрос связан с тем, насколько подобного рода проекты экономически оправданы. Были проведены необходимые расчеты, которые доказали, что, если пеллеты рассматривать в качестве основного производства, то транспортные расходы, связанные с доставкой сырья на предприятие, делают проект практически нерентабельным. Сегодня пеллетное производство может выжить как побочный бизнес, «привязанный» к крупному комбинату.

Но, ведя речь о перспективах биоэнергетики, нужно понимать, что переход на древесные виды топлива  нельзя рассматривать только с точки зрения получения прибыли. Это, прежде всего, прекрасная перспектива, связанная с оздоровлением российских лесов. Другими словами, социальная и экологическая направленность биоэнергетики позволяет нам говорить о необходимости государственной поддержки проектов, связанных с древесным топливом. Не случайно в странах, которые сегодня могут похвастаться высокой долей энергии, произведенной из возобновляемых источников, действуют мощные государственные программы по поддержке «зеленой энергетики».

Включение пеллетных производств в список приоритетных проектов и связанное с этим 50-процентное снижение ставок арендной платы, безусловно – шаг вперед. Но, с моей точки зрения, этого мало. Для поддержки пеллетных производств было бы неплохо, если бы государство взяло на себя полностью или частично расходы, например, на лесовосстановительные или другие лесохозяйственные работы, проводимые за счет арендатора. Но здесь важно не впасть в другую крайность. Я  уверен, что механизмы государственной поддержки необходимо включать только после того, как инвестор вложит 25% средств в создание нового производства. Если же просыпать на голову инвестора преференции на первоначальном этапе, когда он лишь заявляет о своих намерениях, то пеллетное производство мы получим исключительно на бумаге, в виде красивых, но неисполненных обещаний. 

 Алексей Ярошенко, координатор лесной программы Гринпис России:

– Мне кажется, что эта идея – правильная. Правда, я предложил бы не суживать ее только до пеллетного производства, а расширить до использования древесных отходов и низкосортной древесины для энергетических нужд, так как пеллеты – это только один из возможных вариантов. Для местной энергетики бывает более актуальным использовать, например, щепу или отходы. Если их не надо далеко везти, то это бывает даже дешевле.

В целом, повторюсь, идея хорошая, так как наши леса серьезно запущены и использовать их для производства высококачественной продукции часто уже нельзя. А если они и используются, то лесозаготовители нередко идут на рубки в особо ценных в природном отношении лесах. В результате нерационального ведения лесного хозяйства на протяжении многих десятилетий у нас образовались огромные  ресурсы. Если государство поддержит «зеленую энергетику», то это даст новый импульс развитию лесного хозяйства, принесет доходы лесопромышленным предприятиям, приведет к созданию новых рабочих мест в вымирающих отдаленных поселках и позволит частично заместить использование невозобновляемых источников энергии. 

 Виталий Липский, исполнительный директор Национального лесного агентства развития и инвестиций:

– Настоящее предложение не отвечает рыночной ситуации и макроэкономическим тенденциям. На текущий момент практически нет пеллетных производств, использующих круглый лес в качестве сырья, за исключением ООО «Выборгская Лесопромышленная Корпорация», которая испытывает серьезные проблемы и не может выйти на проектную мощность. Производство пеллет из круглого леса экономически необоснованно. Практически все действующие в настоящее время пеллетные производства существуют в составе интегрированных лесопромышленных групп и производят продукцию из отходов лесопереработки. Независимых производителей пеллет, не связанных технологически с предприятиями ЛПК, на рынке нет. Проекты такого типа были 10 лет назад, некоторые из них были реализованы и практически сразу заморожены.

За последние 5 лет сегмент производства пеллет был существенно переформатирован, прежде всего из-за макроэкономических факторов. Рост цен на ресурсы внутри страны значительно обгоняет рост цен на пеллеты в странах Евросоюза – на основном рынке потребления. Это привело к закрытию очень многих предприятий по производству гранул, особенно расположенных далеко от границы. Российские пеллетные заводы не могут произвести и доставить до потребителя гранулу по рыночной цене, так как их затраты очень велики. Как результат, выживают предприятия, которые работают на отходах лесопереработки, то есть на сырье с минимальной стоимостью, и предприятия, расположенные в непосредственной близости к рынкам сбыта – странам ЕС.

Необходимо понимать, что в среднесрочной перспективе темп роста внутренних цен на производственные ресурсы (энергию, оплату труда, сырье и т.д.) будет обгонять темп роста цен на гранулы в странах ЕС, который не будет превышать среднеевропейскую инфляцию – 1,5-2,5%. При таких макроэкономических условиях рентабельность производства топливных гранул будет неуклонно сокращаться, что приведет к сужению возможностей бизнеса в этом сегменте.

Изменить текущие негативные тенденции может либо существенный рост внутреннего потребления гранул, либо значительная девальвация рубля. И тот и другой сценарий маловероятен в ближайшие 3-5 лет. При текущем макроэкономическом сценарии статус приоритетного инвестиционного проекта ничего не даст пеллетным производствам. Даже более того, этот статус подтолкнет десятки инвесторов вложить средства в заранее экономически неэффективные и высокорисковые проекты.

Стоит отметить, что на данный момент функционирует не более 10% от общего числа реализованных пеллетных производств, остальные остановили производство по причине экономической нецелесообразности.  Производство пеллет рационально при переработке низкокачественного сырья – дровяной древесины либо технического сырья. Если открыть лесотаксационные справочники, то процент выхода дровяной древесины с высокобонитетных древостоев не превышает 1-2%, а с лиственных участков с низкими качественными характеристиками – 11-13%.  При таких низких значениях выхода дровяной древесины выделяемые участки леса под пеллетное производство должны быть несопоставимо огромны, даже при условии частичного покрытия лесопотребления.

Производство пеллет из круглого леса слишком затратно. Например, для лесозаготовителей в Ленинградской области себестоимость заготовки одного обезличенного кубического метра составляет в зависимости от условий 900-1200 рублей. А рыночная цена дровяной древесины порядка 700-800 рублей. Так как доля данного сырья в общем объеме заготовок невелика, оно реализуется на рынке по ценам ниже себестоимости, что позволяет обеспечить частичное покрытие затрат лесозаготовителей. Как видно, в этих условиях заготовка собственными силами не позволяет получить минимальную цену на сырье.

Другими словами, поддержка проектов пеллетных производств, технологически не связанных с перерабатывающими предприятиями, нецелесообразна. Возможна поддержка проектов лесоперерабатывающих предприятий, в составе которых планируется производство пеллет для утилизации отходов, однако пеллеты в подобных проектах будут побочной продукцией. Еще более эффективны меры, направленные на создание кластера российских промышленных потребителей пеллет для генерации тепловой и электрической энергии. Именно такой путь позволит создать устойчивый сегмент производства древесных топливных гранул.

 Наталья Пинягина, доктор экономических наук, директор по взаимодействию с государственными органами власти ОАО «Архангельский ЦБК»:

– Я считаю, что уже давно назрела необходимость государственной поддержки проектов, связанных с производством древесного топлива. Предприятия, которые организуют пеллетные производства, решают сразу несколько задач. Прежде всего, это комплексная переработка всей биомассы дерева, включая утилизацию отходов, что, естественно, повышает эффективность лесопромышленного производства. Параллельно речь идет об улучшении экологии, так как позволяет лесопильным предприятиям  рационально использовать для технологических нужд  горы  стружек и опилок, скапливающих и гниющих на заводских территориях.

Нельзя забывать и о социальной составляющей. Развитие производства топливных гранул и пеллет особенно актуально для регионов, не охваченных газификацией. В Архангельской области, к примеру, газификация населенных пунктов хоть и началась, но это длительный процесс. В связи с этим древесное топливо становится прекрасной альтернативой углю и мазуту, которые приходилось завозить из районов Крайнего Севера, что является слишком дорогим удовольствием. К тому же уголь и мазут помимо дороговизны крайне негативно влияют на окружающую среду, что тоже является важным аргументом в пользу «зеленой энергетики».  Древесное топливо относится к «чистым» энергоресурсам.

Понимая важность использования древесных отходов для производства тепловой и электрической энергии, которые обеспечивают не только технологические потребности предприятия, но и «работают» на коммунальные нужды моногорода Новодвинска, Архангельский ЦБК разработал целую программу, связанную с модернизацией энергетического хозяйства в целях расширения использования биотоплива. В последние годы на комбинате  в эксплуатацию были введены специальные котлы с кипящим слоем для сжигания древесной коры и отходов.

На Лесозаводе № 25, который входит в состав Группы компаний «Титан», создано одно из крупнейших в России производство древесных гранул и пеллет. Ранее большая доля биотоплива поставлялась на экспорт. В настоящее время ГК «Титан», содействуя расширению внутреннего рынка потребления биотоплива, софинансирует программу переоборудования муниципальных котельных  для возможности использования в качестве топлива древесных гранул и пеллет. Для городов и поселков это одновременно и улучшение экологической обстановки для населения, и повышение эффективности жилищно-коммунального сектора. Фактически речь идет о переходе на дешевые и «чистые» виды топлива.

Но большой минус состоит в том, что древесное топливо объективно является низкорентабельной продукцией, хотя с ее помощью решается целый ряд государственных задач. Это и утилизация отходов, и обеспечение городов и поселков экологичными видами топлива, и комплексная переработка древесины. Учитывая эти моменты, государственная поддержка, направленная на развитие возобновляемых видов энергии, не только желательна, она – необходима. Я надеюсь, что придание проектам по созданию пеллетных производств статуса приоритетных позволит стимулировать развитие биоэнергетики в России.   

 Борис Романюк, заведующий лабораторией лесоустройства ФБУ «СПбНИИЛХ»:

– Все зависит от поставленной цели. Если цель – развитие биоэнергетики, то  ее стимулирование должно иметь определенную экономическую логику, иначе это не будет работать.

В странах ЕС экономическая логика четко прослеживается. Основой стимулирования биоэнергетики является повышение привлекательности производства конечного продукта – например, электроэнергии, через сложные системы налоговых льгот. Стимулируется не производство биотоплива, а создается сектор экономики, где использование биотоплива становится выгодно. При этом  достигаются совершенно конкретные цели – это снижение топливной зависимости от других стран, повышение устойчивости собственной экономики, создание нового высокотехнологического сектора экономики. Поскольку в ЕС, например, цены на все виды топлива определяются  рынком, то иногда применяются достаточно небольшие ставки увеличения цены электроэнергии в пределах квот (10-15%),  при которых использование биотоплива выгодно.

Другим важным моментом является то, что лесная инфраструктура  и система лесного хозяйства в этих странах хорошо развита, поэтому объем и цена заготавливаемого древесного биотоплива хорошо прогнозируется на длительный период. Для  инвестиций в сектор лесной биоэнергетики такой прогноз является одним из ключевых моментов.

Ситуация в нашей стране диаметрально противоположная. Россия сама добывает и является одним из крупнейших в мире экспортеров практически всех ископаемых видов топлива, обладает очень развитой системой для их переработки и транспортировки.  Себестоимость ископаемых видов топлива значительно ниже по сравнению с сопоставимым по теплоотдаче объемом биотоплива. В такой ситуации достаточно трудно объяснить схему и необходимость субсидирования биоэнергетики. Другая проблема – очень низкая экономическая доступность биотоплива, которого в наших лесах потенциально много. При попытке увеличить объем заготовки древесного биотоплива его цена многократно вырастет, поскольку будет включать затраты на  развитие лесной инфраструктуры. В таких условиях инвестиции в биоэнергетику становятся, мягко говоря, весьма рискованными.

Что же делать? С моей точки зрения, есть два возможных варианта решения. Первый связан с обеспечением значительного объема экономически доступного биотоплива через развитие лесной инфраструктуры, в первую очередь  лесных дорог. Эта задача вполне осуществима при переходе на интенсивную модель лесопользования. Другое направление связано с идеей деления страны на зоны с преимущественно централизованным и децентрализованным энергообеспечением. Понятно, что развивать «зеленую энергетику» следует прежде всего в зонах с преимущественно децентрализованным энергообеспечением.

 Антонина КРАМСКИХ


kratom effects