Торговая площадка   Каталог компаний   Новости законодательства   Аналитика   Технологии и оборудование 
Журнал "Деловой лес" Для руководителей | Размещение баннеров и статей

Вход в систему

Логин
Пароль

Напишите, для регистрации

Статистика

Компаний: 1590
Пользователей: 2868

Реклама на сайте

Информеры Информеры
Главная страница » Новости лесной отрасли

Австрийский лес с русскими корнями

В лесопромышленном комплексе Новгородской области, 65% территории которой покрыто лесами, работают 270 предприятий, где занято более 13 тыс. человек. Однако из 8,8 млн кубометров расчетной лесосеки используется меньше половины, а вклад отрасли в формирование ВРП – 18%, что скудновато при наличии сырьевых ресурсов. Одна из крупнейших в регионе компаний в этом секторе – «Мадок», ранее подконтрольный семейному австрийскому предприятию Holz Industries Leitinger, собственником которого является Ханс-Петер Ляйтингер.

До 2008 года «Мадок» был бюджетообразующей компанией Маловишерского муниципального бюджета, формируя 45−50% доходной части казны. Но кризис разрушил семейный бизнес собственника компании, а другой фирме – Hasslacher Norica Timber Group – дал возможность его расширить. Эта фирма выкупила не только деревообрабатывающий комбинат в Малой Вишере, но и значительную часть активов Ляйтингера в Австрии. О планах развития новгородского актива рассказывает его новый собственник, президент группы компаний Hasslacher Norica Timber Кристоф Култерер.

– Говорят, вы начали инвестировать в «Мадок» еще до закрытия сделки. Торопились потому, что этот актив очень привлекателен для вашего бизнеса, или, может быть, другие конкуренты Ляйтингера имели виды на эту компанию?

– Мы с Хансом-Петером Ляйтингером не были конкурентами, а партнерами – да, были. Наша компания специализировалась на лесозаготовках и лесопилении, а Holz Industries Leitinger – на переработке пиломатериалов, и около 15% сырья ему поставлял «Мадок». Значительную часть древесины он закупал у нас. Долгие годы наши компании работали в тесном контакте и, конечно, знали, как у кого складывается бизнес.

Когда Ляйтингер обанкротился, конкурсный управляющий стал продавать концерн (несколько заводов в Австрии и один в Чехии) по частям. Наша компания выкупила часть бизнеса – деревообработку, стремясь таким образом создать вертикально интегрированный бизнес. Конкурсный управляющий предложил мне выкупить и российский актив Ляйтингера. Решение нужно было принимать быстро, иначе предприятие было бы включено в конкурсную массу (этому какое-то время препятствовали разночтения в австрийской и российской юриспруденции) и выставлено на аукцион.

Мы выкупили его потому, что российский рынок сегодня очень интересен и перспективен – тут есть то, чего уже нет на европейском: и сырье, и спрос на продукты лесопереработки, который уже пошел в рост. Поэтому, получив предложение о покупке российского актива, я с нашими экспертами на следующий же день вылетел в Россию. Проведя технический аудит предприятия, мы убедились, что оно находится в хорошем техническом состоянии, несмотря на то что линия лесопиления – важнейшее технологическое звено – сгорела и не работала.

– Поэтому ваши первые инвестиции были именно в линию лесопиления?

– Ситуация была острая. Нужно было принимать решение немедленно, иначе «Мадок» тоже вскоре стал бы банкротом. Линия лесопиления сгорела в апреле 2009 года, и, чтобы заготовленный лес не скапливался на складе, не росли убытки и не ушли сотрудники, руководство Hasslacher Norica Timber нашло оптимальные способы выживания. Сырье отправлялось другим переработчикам, при этом сохранялся нужный ассортимент товара без срыва договоров поставки. Эта схема затратная, но помогла предприятию остаться на плаву, не потерять рабочий ритм, зарабатывать средства на зарплату 150 работникам.

Экспертную оценку «Мадока» мы сделали в мае и тогда же купили линию, в июле уже было принято решение о покупке компании. Сделка состоялась 1 сентября, через месяц было оформлено право собственности на российский актив. В новую линию было вложено 1,5 млн евро, запустили ее уже в ноябре 2009 года.

– Какие направления российского предприятия нуждаются в инвестициях и развитии?

– Мы сразу нацелили «Мадок» на высококачественные европейские продукты – на глубокую переработку древесины с производством товара высокой добавленной стоимости. И начать придется с оптимизации процедуры лесопиления – заменить ряд агрегатов, улучшить технологию. Обязательно будем инвестировать в лесозаготовку, логистику, в складское и сушильное хозяйства.

В ближайшее время планируем запустить цех строганых материалов, в дальнейшем надеемся создать производство клееных конструкций – от сборных деревянных домов до промышленных объектов, мостов и фасадных систем зданий. Кроме того, рассматривается вариант строительства завода по производству пеллет для экспорта в Европу.

По экспертной оценке, объем инвестиций превысит 10 млн евро. То есть мы намерены инвестировать в производство тех продуктов, которые более всего востребованы мировым рынком. Ведь «Мадок» был и остается экспортно ориентированным производством. Но кроме собственно производства будем вкладывать деньги в обучение персонала.

– Реализация этих планов приведет к увеличению оборотов компании и объемов производства. Существует ли соразмерная сырьевая база в Новгородской области?

– Вопрос стабильного обеспечения производства сырьем для нас очень важен, и он прорабатывался с региональной властью. Компания арендует 83 тыс. кубометров лесных угодий, а теперь необходимо не менее 200−250 тыс. кубометров. Мы делаем ставку на собственную лесозаготовку и намерены ее развивать. При этом хотим сохранить партнерские отношения с другими лесозаготовителями, с которыми предприятие давно и надежно работает.

Получить нужные лесные наделы мы рассчитываем, опираясь на российское законодательство. Вместе с чиновниками Комитета лесного хозяйства и лесной промышленности Новгородской области начинаем готовить документы для Министерства промышленности и торговли РФ. Мы стараемся под инвестиционный проект расширения производства получить лесные наделы без аукциона и со скидкой 50% от арендной платы, опираясь на документ российского правительства. По экспертной оценке специалистов комитета, если наш проект впишется в рамки документа и будет одобрен министерством, то «Мадок» получит преференции не менее чем на 300 млн рублей.

– Как складываются отношения с региональными властями? Получит ли предприятие налоговые каникулы в рамках местного законодательства?

– Контакты с властью оставили ощущение заинтересованности. Проект расширения производства в октябре прошлого года был одобрен экспертным советом по инвестициям при губернаторе Новгородской области. До октября 2011 года, то есть до полной окупаемости вложенных инвестиций, «Мадок» освобожден от уплаты налогов, находящихся в компетенции субъекта и муниципалитета, – земельного, транспортного, налогов на имущество и на прибыль. Эксперты Экономического комитета подсчитали, что сумма господдержки компании эквивалентна 26,7 млн рублей, из них 25,6 – средства регионального бюджета. Заинтересованность и поддержка региональной и муниципальной властей позволят быстрее поднять «Мадок», осуществить все наши планы.

– Почему, по вашему мнению, обанкротилась компания Holz Industries Leitinger? Ведь ее бизнес (как и ваш, семейный, созданный несколькими поколениями) рос динамично.

– Проблемы бизнеса Ляйтингера связаны с кризисом недвижимости в США, признаки которого стали появляться еще в 2007 году. Для его компании, как и для многих других европейских лесопереработчиков, американский рынок был доминирующим. Когда в этой стране сжался рынок недвижимости, Holz Industries Leitinger начала испытывать нарастающие трудности со сбытом продукции. Кроме того, и в самой компании произошли драматические события – пожары на заводах, обернувшиеся огромными убытками. В пик кризиса, осенью 2008 года, компания Ляйтингера была ослаблена настолько, что уже не смогла устоять под натиском кредиторов. Причем проблемы, возникшие на австрийских предприятиях Ляйтингера, лишили финансовой поддержки и «Мадок».

Маловишерское предприятие серьезно лихорадило: люди, не получив обещанной зарплаты, начали забастовку, ее законность руководство предприятия оспаривало в арбитраже, в конфликт вынуждена была вмешаться региональная власть. Кроме того, на предприятии произошел пожар, уничтоживший линию лесопиления, что, по сути, парализовало производство. И надо сказать, что в этой тяжелейшей ситуации менеджмент предприятия нашел вариант сохранения производства и персонала.

– Готовы ли вы учиться на ошибках предыдущего собственника, выпустившего из-под контроля социальную составляющую бизнеса? Планируете ли набирать персонал с ростом производства?

– В наших планах – создание высокотехнологичного, высокомеханизированного производства. Большого числа рабочих рук не потребуется. А вот в том, что всем работникам придется приобретать новые знания, я уверен. На предприятии соблюдаются все нормы Трудового кодекса РФ, действует коллективный договор, подписанный работодателем и представителями профсоюзов. И зарплата, несмотря на все трудности, которые пришлось пережить предприятию в последнее время, выплачивается аккуратно.    

 

Источник: Эксперт