Торговая площадка   Каталог компаний   Новости законодательства   Аналитика   Технологии и оборудование 
Журнал "Деловой лес" Для руководителей | Размещение баннеров и статей

Вход в систему

Логин
Пароль

Напишите, для регистрации

Статистика

Компаний: 1590
Пользователей: 2867

Реклама на сайте

Информеры Информеры
Главная страница » Новости лесной отрасли

Почему Бурятию заполонили пилорамы

Главное богатство Бурятии – лес. Хвойными породами покрыто 83 процента всей площади региона. Это около 30 миллионов гектар. По крайней мере, так говорят справочники. Не смотря на то, что большая их часть издана еще в прошлом веке, именно на эти цифры всегда ссылаются официальные органы. Тем временем в республике уже несколько десятков лет, не умолкая, работают более 700 пилорам и деревообрабатывающих компаний. Если все их переместить на карту Бурятии, получится более тридцати точек на каждый район.

 Одна только законная их деятельность в прошлом году обошлась лесному фонду в 2 млн 600 тыс кубометров древесины. Впрочем, как сообщили Ариг Ус в республиканском агентстве лесного хозяйства, это всего лишь четвертая часть расчетной лесосеки 2017 года. То есть изъять древесины можно было больше. Агентство планировало заключить договоры на 10,6 миллионов кубометров древесины. Примерно на такие же объемы рассчитывают  и в этом году.

 Но, если вдуматься в эти цифры, только законные масштабы вырубок уже сравнимы с катастрофой. Ведь в среднем с одного гектара лесорубы берут 85 кубометров. А, значит, для заготовки двух миллионов шестисот кубов древесины нужно вырубить лес на площади сопоставимой с территорией города Улан-Удэ. В республиканском лесхозе уверяют – брать лес в таких объемах безопасно, если делать все правильно. На всех крупных делянах лесозаготовители высаживают новые деревья - молодняк. А вдоль Байкала сплошные вырубки и вовсе запрещены. Отчасти с лесниками согласны и экологи. Но официальные цифры по их данным сильно отличаются от истинного положения дел.

 «Мы не знаем, в каких объемах лес берется на самом деле. Данные РАЛХ - они ведь официальные. Это только то, на что выдано разрешение. Поэтому они не правдивы. Достоверных данных нет только потому, что в Бурятии много браконьерской вырубки. Так что официальные данные - это маленькая часть того, что делается на самом деле», – считает член общественной организации «Бурятское Региональное Объединение по Байкалу» Наталья Тумуреева.

«Детей нарожали и местными стали»

Интересно, что, по данным того же лесхоза, официальный объем вырубки в прошлом году сократился почти на 500 тысяч кубометров, а доля незаконных рубок выросла. Только посчитанный ущерб от черных лесорубов составил 200 миллионов рублей: их ловили за руку более тысячи раз. Больше всего от их нападок страдают Прибайкальский, Кабанский и Тарбагатайский районы – те, что ближе всего к городу. Лесных браконьеров знает в лицо каждый местный житель. 

- Видно же, КАМАЗы есть, а нигде не работают. Пилят потихоньку. Это днем не дают им, а ночью кто уследит? Работают мужики. Семью кормить надо. 
- А на кого работают?
 - На китайцев. Они же почти в каждой деревне живут. И в городе их много. Раньше их обмануть можно было. Гнилое бревно мерзлой картошкой натрешь и продашь. Оно сразу как новое. Пока пилить не начнут и не угадают. А сейчас они на местных девчонках переженились, детей нарожали и вроде как сами местные стали. Уже просто так не обманешь, – рассказывают жители Прибайкальского района.

 Многие из таких «местных» зарегистрированы как предприниматели. Работают на селе не покладая рук. Но это только пока есть что пилить. В том числе, благодаря им, в прошлом году за границу отправлен пиломатериал, рыночной стоимостью свыше семи миллиардов рублей. При этом налоги в республиканский бюджет, отрасль деревообработки заплатила всего на 44 миллиона. Распил из Бурятии расходится в Китай, Монголии, Германию, Францию, Японию и даже Сирию.

 Документы на большую часть груза у большинства бизнесменов в полном порядке. Объем экспорта по данным Бурятской таможни растет. Как сообщили Ариг Ус в Бурятской таможне, объем экспорта леса и лесоматериалов за 2017 год составил почти 2 миллиона кубических метров. Это на 17,4% больше показателя аналогичного периода прошлого года. В основном за границу отправляют обработанный пиломатериал. Однако объемы эти не вяжутся с законами деревообработки. Если разрешенная лесозаготовка снизилась на двадцать процентов, как мог вырасти экспорт готового пиломатериала? Напомним, согласно специальным справочникам, каждое спиленное дерево после обработки теряет как минимум треть своего объема. По данным лесхозов - триста тысяч кубометров сгорело в печах частного сектора. Следовательно, максимум, что могли продать за границу – это полтора миллиона кубометров, но никак не два миллиона.

 «Плавно перешли к точке невозврата»

Между тем в прошлом году на таможне выявили двадцать преступлений, связанных с незаконным перемещением пиломатериала через границу. Таможня отмечает, что сбытчики пытаются перевезти стратегический материал через фирмы, оформленные на подставных лиц, и не намерены возвращать деньги за него обратно в Россию. Сумма ущерба только от выявленных правонарушений и преступлений составила почти миллион долларов США. А скольких еще не нашли?

 При этом два года назад контроль за оборотом древесины собирались ужесточить. Вот только дальше слов дело не пошло.

 «Наше право только предоставить документы на заготовку древесины. Предприниматели потом подают нам декларации. Сосна и кедр ведь не являются ценными породами. Специальная маркировка предусмотрена, например, для дуба и ясеня. Но у нас таких деревьев не растет», – уточнили «Ариг Ус» в республиканском министерстве природы.

 Выглядит все так, словно того, что происходит на самом деле, никто не замечает. Рассказывая о богатствах родного края, у нас ссылаются на справочники прошлого века. Стражи порядка возводят в подвиг задержание мелких групп черных лесорубов. И при этом складывается ощущение, что никто даже не заинтересован выяснять, кто за ними стоит. Наверное, ни те, ни другие не видят, как по всей Бурятии без устали работают пилорамы. Темпами несоизмеримыми с законной вырубкой. Изредка, на это обращают внимание только экологи.

 «Мы плавно подошли к точке невозврата. Сегодня еще есть шанс все исправить. Но хватятся у нас только через 10 лет, когда будет поздно. Изменения от стихийных вырубок уже видно. Климат меняется. Реки пересыхают. Говорят 336 рек впадают в Байкал. Но это было на начало 20-го века. Большинство рек пересохло и сколько их сейчас на самом деле никто не знает», – комментирует эколог Наталья Тумуреева.

 Правда, сейчас происходящее связывают в основном лишь с капризами природы. И  объяснения выглядят логичными, однако только до тех пор, пока не станешь вникать в детали. А они - удручающие. С этим согласны и в Госдуме.

 «Под видом санитарных рубок у нас зачастую вырубается на экспорт здоровый лес. Был проведен эксперимент в 2015 году по инициативе ОНФ, когда в Иркутском районе Иркутской области ввели мораторий на год на санитарные вырубки леса. Число пожаров упало в 30 раз. Представьте, а потом мы удивляемся, от чего горят леса, – комментирует депутат государственной думы РФ Николай Будуев.

 По мнению депутата Госдумы, нужно пересматривать Лесной кодекс. Серьезные исследования экосистемы Бурятии давно не проводят. И никто не считает те ресурсы, которыми республика располагает на самом деле. Общественники уверены: этими вопросами обязательно заинтересуются. Но к тому моменту все пилорамы уже замолкнут.